Дедова сабля

Рубрика: В поселениях
13:44, 06 Июня 2019

В семье устьлабинцев Кузубовых хранят холодное оружие, сделанное сто лет назад

Боевая сабля, изготовленная в начале ХХ века, стала семейной реликвией семьи Кузубовых-Дырдиных. Фото: Ольга Белугина

Коренного устьлабинца Николая Филипповича Кузубова нет в живых уже полвека. Но в семье хранят и передают из поколения в поколение принадлежавшую ему саблю, с которой он и в Гражданскую воевал, и в кино снимался.

Переплетения

Семейная реликвия сегодня хранится у одной из внучек Николая Кузубова – Марины Дырдиной. Оружие висит на стене. Глядя на блестящие ножны, даже не верится, что сабле почти 100 лет.

– Несколько лет назад пришлось отдать оружие в мастерскую, – рассказывает Марина. – От времени металл потерял блеск, а ножны сломались. После реконструкции сабля напоминает новодел, но на самом деле дед с нею воевал с белогвардейцами еще в Гражданскую.

Около метра в длину, чуть меньше килограмма весом – кажется, она была идеальным оружием. Именно благодаря сабле сын и племянница Марины увлеклись изучением истории своего рода. Так случилось, что новейшая история станицы Усть-Лабинской стала частью биографии Николая Кузубова. Он участвовал в ожесточенных схватках Белой и Красной армий на подступах к реке Кубань, в Великую Отечественную ушел партизаном в горы, уже в мирное время чуть было не стал фигурантом уголовного дела «о трех колосках», снимался в легендарных советских фильмах «Железный поток», «Огненные версты», «Кочубей».

Коренной устьлабинец Николай Кузубов, прошедший две войны, был мужчиной колоритным, умеющим сидеть в седле и обращаться с холодным оружием. Фото из семейного архива семьи Кузубовых

Джульбарс

– Мне было чуть больше двух лет, когда дедушки не стало, поэтому помню его смутно: невысокий мужчина со слегка лысеющей головой, улыбчивый и разговорчивый, – признается устьлабинка. – Уже со слов своего отца знаю, что о том, как воевал, рассказывать он не любил. В Гражданскую Николай Филиппович воевал на стороне красных и рубил шашкой врагов советской власти. Бои с белогвардейцами шли прямо в Усть-Лабинской, особенно страшные – на берегу Кубани на подступах к станице. Тогда же он познакомился с бабушкой.

Когда началась Великая Отечественная, ушел с усть-лабинским партизанским отрядом в горы. По воспоминаниям отца Марины, не меньше, чем родные, по главе семейства скучал его верный пес Джульбарс. Николай Филиппович был заядлым охотником, и собака всегда сопровождала его в походах. По поведению Джульбарса жена безошибочно определяла, когда муж возвращается домой. Еще за несколько километров до станицы пес прибегал ко двору, тем самым сигнализируя, что хозяин возвращается.

Когда Николай Филиппович ушел в партизаны, собака осталась дома. А через несколько месяцев родные, живущие на высоком берегу Кубани, сказали отчаявшейся женщине: «Дунь, а ведь твой Николай скоро вернется». Та удивилась. Оказывается, родня видела, как Джульбарс несколько дней подряд прибегал на берег реки и подолгу сидел там. И дождался хозяина.

– Дедушка вспоминал, как с товарищами ехал на санях по замерзшей реке в станицу. Он сидел к спиной к правому берегу, где расположена родная Усть-Лабинская. Вдруг почти у берега мощным ударом в спину его повалило на снег. Это Джульбарс, увидев хозяина, кинулся к нему и со всех сил ударил лапами. Когда же бабушка увидела пса, бегущего со всей прыти к дому, а потом убегающего обратно по направлению к Кубани, – жили они на ведущей к реке улице Мостовой, ныне Гагарина – поняла, родные не ошиблись – муж возвращается.

Жизнь и кино

После войны Николай Филиппович надолго зачехлил саблю в ножны. Мужчина работал бригадиром в колхозе и однажды чуть не угодил в тюрьму.

– Дедушка увидел, как одна из женщин собирала на поле колоски, оставшиеся после уборки пшеницы. В те голодные послевоенные годы это считалось преступлением, и он должен был сообщить об инциденте в правоохранительные органы, – рассказывает семейное предание Марина Дырдина. – Но Николай Филиппович пожалел ее и промолчал. Однако кроме него женщину в поле видели и другие колхозники, и за укрывательство донесли уже на него. Деда забрали в милицию. Уголовные дела «о трех колосках» в те годы были не редкостью, и ему грозил срок. Но работники его бригады написали коллективное письмо в райком партии, и деда отпустили. А ведь он был требовательным руководителем.

Когда в Усть-Лабинск зачастили киногруппы, то Николая Филипповича всегда приглашали сыграть в массовых сценах революционных фильмов «Железный поток», «Огненные версты» и «Кочубей», потому что был он мужчиной колоритным, умеющим сидеть в седле и обращаться с холодным оружием. В кинолентах бывший партизан появлялся всего на несколько секунд скачущим на коне с саблей наперевес.

– Однажды, по воспоминаниям папы, дед пригласил на ужин восходящую звезду советского кино Николая Рыбникова, – делится Марина Дырдина. – На столе было по-кубански тесно – борщ, сало, свежий хлеб, овощи, зелень. Рыбников пригубил стопочку под такую закуску. Позже актер несколько раз присылал поздравительные открытки деду, но они, к сожалению, не сохранились. Остались сабля, несколько фотокарточек и семейные воспоминания.

 

Виктория Гостева
Услуги "СН"
свежие новости

Копирование и использование полных материалов запрещено, частичное цитирование возможно только при условии гиперссылки на сайт sn-news.ru. Гиперссылка должна размещаться непосредственно в тексте, воспроизводящем оригинальный материал sn-news.ru. Редакция не несет ответственности за информацию и мнения, высказанные в комментариях читателей и новостных материалах, составленных на основе сообщений читателей.
Общественно-политическая газета Усть-Лабинского района Краснодарского края для читателей 12 лет и старше (12+)

Политика конфиденциальности Пользовательское соглашение

Яндекс.Метрика