Сайт общественно-политической газеты Усть-Лабинского района Краснодарского края "СН" (12+). Адрес редакции: г. Усть-Лабинск, ул. Ленина, 29.

Как трудные военные годы отразились на судьбе переживших ее детей

Рубрика: Люди
08:15, 07 Мая 2022

Накануне Дня Победы в редакцию «СН» обратилась жительница Железного Лидия Ефимова. 84-летняя хуторянка поделилась воспоминаниями о военном времени. Великая Отечественная застала Лидию трехлетним ребенком. Но даже спустя десятилетия ужасы пережитого до сих пор стоят перед глазами женщины. А то, что запомнить не удалось, рассказал старший брат Виктор, пока был жив.

Котелок от командира

По словам Лидии Николаевны (в девичестве Тригубовой), до 1941-го семья жила в Севастополе. Родители воспитывали троих детей – Лидию, старшего брата Виктора и младшего Владимира. Отец – военнослужащий Черноморского флота – ушел на фронт в первый день войны.

Через месяц мать с детьми эвакуировали. 10 дней добирались до Ростова. О том, что идет война, беженцам напоминали частые налеты немецкой авиации, остановки эшелона, плач малышей, крики матерей, которые собирали разбежавшихся детей, и много погибших.

– Брат Виктор вспоминал, что постоянно хотелось есть и особенно пить. Стояла жара, у детей трескались губы, они кричали. Когда, наконец, загнали вагоны в тупик, ребята постарше бросились к походным солдатским кухням кто с чем: протягивали миски, консервные банки, просто ладошки. Просили поесть, – рассказывает Лидия Ефимова. – Солдаты делились сухарями и кашей. У Вити ничего не было, он протянул свою бескозырку с лентами. Тогда командир достал котелок, попросил у повара каши и передал его. Сколько было радости у всех нас. За 10 дней мы впервые наелись. А солдатский котелок еще много раз выручал нас во время наших скитаний.

В Ростове семью Тригубовых пересадили в «теплушки», но вагонов на всех не хватило, досталось место на платформе, где стояла кухня. Старшина-повар в военной форме оказался дядей Дусей – так его называли. Девятилетний Виктор старался помогать старшине-повару: рубил дрова, носил воду и мыл посуду. А тот подкармливал помощника и его родных.

Спаслись от бомбежек

В первые дни немецкие самолеты не бомбили санитарный эшелон. Только было страшно, когда они с ревом пролетали по небу. На станции Морозовская «крестоносцы» все-таки налетели и начали в несколько заходов бомбить станцию, где стояли вагоны с техникой и солдатами.

– Мама посадила нас в воронку от разорвавшегося снаряда, накрыла своим телом, – говорит Лидия Ефимова. - Путь в 230 километров до Сталинграда поезд преодолел за шесть суток. Где-то у Фролово всех оставшихся в живых пересадили на грузовики и повезли в город. Там благодаря коменданту города нас поселили в брошенной квартире в километре от вокзала. Во дворе вырыли с мамой яму, накрыли ее, засыпали сверху землей. Это было наше бомбоубежище. Близилась зима, у нас были проблемы с одеждой и едой. Каждый день мама с Виктором уходила в поле, где осталась кукуруза. Каша из нее казалась очень вкусной.

Из-за частых бомбежек школа не работала. Виктор ходил на вокзал. У каждого солдата дома осталась семья, и, глядя на оборванных, голодных детей, они делились с мальчиком, чем могли: телогрейкой, сапогами, шапками. Котелок, подаренный командиром, тоже наполнялся супом или кашей.

Наступило лето 1942 года. Во Фролове и Сталинграде невозможно стало выйти на улицу: бомбили и обстреливали каждый час. Семья сутками сидела в своем самодельном бомбоубежище. Однажды ночью женщина с детьми решила покинуть город.

– Брат рассказывал, что шли ночами. Днем во время налетов мы разбегались, и мама долго нас собирала. Запах земли запомнился на всю жизнь, – делится читательница. – Витя нес маленького братишку, мама – швейную машинку, немного кукурузы и пшена, сестра – бутылку воды. У нас полопались губы до крови, тело покрылось волдырями. Военные, ехавшие на машинах на Сталинград, не останавливались. Лишь одна машина притормозила, и солдаты напоили нас и дали два сухаря. Так добрались до Камышина. Пожилой рыбак за швейную машинку ночью согласился переправить на своей лодке через Волгу.

Все для фронта

На станции комендант, пожилой военный, помог сесть в товарный поезд до Саратова. В вагоне везли соленую рыбу в бочках. Семье пришлось стоять в тузлуке – крепком рассоле. Маленького Вову держали на руках с Виктором по очереди, а Лида почти по колено стояла в тузлуке. Вагон был забит эвакуированными жителями. Спать пришлось стоя, но Тригубовы были рады и этому, потому что бомбежки остались позади.

– Саратов нам показался совсем тихим мирным городом, но через станцию постоянно шли военные эшелоны. Впервые за все месяцы войны мама получила деньги, положенные нам, как семье офицера, - вспоминает Лидия Николаевна рассказ брата. - Она купила на рынке продукты, искупала нас и досыта накормила. Через несколько дней она получила эвакуационное направление в Оренбург.

После утомительного путешествия семья приехала в село Державино. Мирные жители приняли беженцев доброжелательно. Поселили в небольшом домике, где жили две взрослые глухонемые сестры-сироты. А когда мать и младший сын Володя неожиданно заболели, лечили всем селом, несли что могли: травы, настои и продукты.

– Виктор пошел в третий класс, учились в библиотеке – она отапливалась. В школе были мастерские под лозунгом «Все для фронта». Здесь, в тылу, люди шили кисеты, вязали носки и варежки, растили урожай, писали ободряющие письма на фронт. А сами ходили босые и голодные. Жить было трудно, но мы радовались тому, что не свистят пули, не рвутся снаряды, не воют сирены и не надо прятаться от бомбежек, – рассказывает Лидия Николаевна. – Чернила делали сами из сажи, вместо тетрадок писали в журналах между напечатанных строк. Мама работала в мастерских и на складах, перебирая картофель, капусту и другие овощи. За свой труд она приносила в конце недели немного картошки, крупы и капусты. Всем хотелось, чтобы врага разбили поскорей, ждали победы. Но до нее было еще целых три года.

Цена победы

В послевоенные годы на долю Тригубовых выпало немало испытаний. Здоровье мамы было подорвано. Вернуться в Севастополь не получалось, потому что город был закрыт, а без документов туда не пускали. Документами мать затыкала щели в товарнике, когда добиралась с детьми до Саратова.

– Мы поехали к дедушке Алеше – маминому отцу – на Украину. Он подлечил маму. А после смерти дедушки отправились в Астрахань, потом в Белоруссию, а затем в Ставропольский край. И только в 1953 году, когда нас разыскал отец, оказались на Кубани, – говорит жительница Железного.

Старший брат Виктор Тригубов в 14 лет поступил в мореходку, окончив ее, пошел в армию, домой вернулся в 1954-м. Затем отучился в сельхозинституте на зоотехника. Долгое время работал парторгом во многих колхозах Усть-Лабинского района. Его не стало в 2009 году. Младший брат Владимир окончил военное училище в Ставрополе, отслужил и вышел в отставку в звании майора. Сейчас он живет в Ставрополе.

Лидия окончила Усть-Лабинское педучилище, затем Армавирский пединститут в 1972 году. 39 лет работала в школе хутора Железного учителем начальных классов.

– Учила детей не только читать, писать, считать, но и быть честными, трудолюбивыми, дружными, расти настоящими патриотами, уважать старших и помнить, какое трудное детство выпало на долю дедушек и бабушек. Мирная жизнь была завоевана неимоверно тяжелой ценой. Это надо знать и ценить, – уверена педагог.

 

Услуги "СН"

свежие новости

Копирование и использование полных материалов запрещено, частичное цитирование возможно только при условии гиперссылки на сайт sn-news.ru. Гиперссылка должна размещаться непосредственно в тексте, воспроизводящем оригинальный материал sn-news.ru. Редакция не несет ответственности за информацию и мнения, высказанные в комментариях читателей и новостных материалах, составленных на основе сообщений читателей.
Общественно-политическая газета Усть-Лабинского района Краснодарского края для читателей 12 лет и старше (12+)

Политика конфиденциальности Пользовательское соглашение

Яндекс.Метрика